Искушенный русский турист, которому уже приелось все, включая теплое море с кораллами и барами «Go-Go», с робкой надеждой спрашивает: «А чего-нибудь особенного, чего не пробовал, нет?» «Извольте, - отвечают ему с неизменной гостеприимной улыбкой в Совете по туризму Таиланда, мы тут как раз припасли для вас Чианг Май – север страны с горами, джунглями, слонами и экзотикой местных племен!»
До Чианг Мая 700 км, как от Москвы до Петербурга, а небесный трaфик таков, что везет меня переполненный исполинский горбатый «Джамбо» Боинг-747, рассчитанный не на взлет-посадку, а на трансконтинентальные рейсы.
Полуторамиллионный Чианг Май расположен в предгорьях, а потому дышится тут гораздо легче, чем в знойном влажном Бангкоке. С 22 этажа гостиницы Centara весь город как на ладони, и множество шпилей и пагод среди зелени деревьев манят на пешую экскурсию по городу, обещая массу открытий. Но один из главных и самых почитаемых здесь храмовых комплексов – Wat Phrathat – cтоит на высоком холме за чертой города, и из моих окон виден светлым пятнышком, теряющимся в дымке зеленого массива холма. Туда – машиной, а затем фуникулером
На карте старый город имеет форму правильного квадрата. На местности он обрамлен каналом и фрагментами древней кирпичной стены с главными воротами Thapae. Пространство перед воротами с внутренней стороны было сплошь увешано гирляндами бумажных фонарей, а под ними с утра начали собираться торговцы, устанавливая ряды лавок. Словом, я встретил тут гораздо более аутентичный мир древнего Тайланда, без противоречий рвущегося в постиндустриальное будущее стремительного Бангкока с его пятиэтажными развязками. Впрочем, и здесь это устремление нации в будущее тоже ощущалось во всем: в строительстве зданий и дорог, в разбивке великолепных общественных парков с выставочными комплексами, да просто во внешнем виде людей – опрятно и со вкусом одетых, с осмысленными лицами и ухоженными детьми, а главное, - без знакомой неуверенности и тревожного ожидания во взгляде.
В Старом городе бесчисленное множество храмов, я обошел за день около десятка самых интересных и известных, полностью насытивших мою фотографическуюю страсть бесчисленными вариациями архитектурных линий, каменных божеств и слонов, жанровыми сценами из жизни монахов. Самыми удивительными в этом сонме божеств и животных оказались Дональд Дак и гипсовые жирафы в натуральную величину, установленные среди прочих фигур перед …буддийским храмом. Множество детей в храмовом дворе наводило на мысль о детском саде, но тут же гуляли и монахи в оранжевых хитонах. “Национальный культурный центр” – прочитал я на вывеске на воротах. Как в него вписывались аборигены африканских саванн и диснеевский герой, оставалось загадкой.
Удивительный пример того, как древние архитектурные и культурные традиции прекрасно уживаются с высокими требованиями дня насущного являет собой построенный в духе древних дворцов отель Dhara Dhevi известной цепочки люксовых отелей Mandarin Oriental. Он открыт в 2006 году, но если не знать этого, то запросто можно принять за найденный в джунглях памятник эпохи королевства Ланна. Когда я въезжал в его ворота в карете, мимо пронеслись, обгоняя мою лошадку, “мерседесы” с мигалками, точно как где-нибудь на Кутузовском проспекте. Я спросил управляющего, не русский ли бизнесмен спешит на массаж. Оказалось, в дорогущем отеле что-то отмечает местное полицейское руководство. Корпоративный дух – святое дело!
А самое яркое сочетание древности и новизны знаково предстало в недавно построенной и блистающей на солнце пагоде с незамысловатым названием Sareerikkatartsirirak. Рядом с пагодой я сфотографировал стелу, на которой золотом по черному выбито, что назвал эту статую самолично его Величество король Bhumipol 9 июня 2550 года! Так вот в чем дело - тайцы живут по своему календарю, опережая нас всех на полтысячелетия, и у них нет иного выхода, кроме как стремиться вперед, оставляя нас с нашей дорогой в Шереметьево и прочими реалиями в глубоком Средневековье.